Загрузка...
Поездки на ночных электричках бывают небезопасны. Этому могут способствовать различные причины: грабители, шайки агрессивных парней или нетрезвые неадекватные пассажиры.
Однако то, что произошло с моим приятелем-однокурсником Вовкой в феврале 1992 года, никак не вписывается в стандартную статистику происшествий на железнодорожном транспорте. В ту пору мы, молодые специалисты, старались хоть как-то подработать.
Вот и мы с Вовкой трудились посменно в ларьке около станции петербургского метро «Удельная». Я торговал там с 7:30 до 15:00, а Вовка — с 15:00 до 23:00.
После чего он закрывал ларек и уезжал домой в Левашово на электричке, которая отправлялась в начале двенадцатого…Опасное это занятие — кататься в пригородном поезде на ночь глядя, тем более зимой. К тому же шел 1992 год (думаю, многие наслышаны про лихие девяностые).
Но как-то у Вовки все обходилось благополучно. Он в течение целого года ездил без приключений. И вот однажды утром я, как обычно, в 7:30 открыл ларек.
Все шло привычным чередом, началась небойкая торговля, в основном сигаретами. И вдруг часов в девять заявляется Вовка собственной персоной.- Ты что тут делаешь? — удивился я. — У тебя же смена в три часа!- Водки налей, — говорит.
Тут я замечаю, что мой сменщик выглядит страшно напуганным. Его даже потряхивает слегка.- Что случилось-то? — спрашиваю.- Хочешь верь, хочешь не верь, но вчера я такое увидел! В общем, слушай.И вот что он рассказал.- Прошлым вечером я, как обычно, сел в электричку на 23:20.
Ехать до Левашово, как ты знаешь, всего минут пятнадцать. Поначалу я в вагоне был один. А через минуту туда из соседнего вагона зашла симпатичная девчонка и села рядом со мной на соседнее сиденье.- Куда это ты так поздно, да еще на электричке? — поинтересовался я. — Тут днем-то многие побаиваются ездить.Она пристально посмотрела на меня и отвечает:- В Левашово.«О, — думаю, — землячка!» Да только я-то в Левашово почти всех знаю, а такой красотки не помню.- К кому едешь?Девушка назвала имя бабушки, у которой снимала комнату.
Я такой тоже не знал. Девушка объяснила, что та живет на дальнем конце поселка.В общем, вызвался я проводить девушку домой. Ведь ночь, зима. Мало ли, пристанет кто?
Конечно, я мало похож на Ван Дамма, и все же какая-никакая защита. Выходим на станции и идем в сторону поселка. Кстати, когда садился в поезд на «Удельной», небо было затянуто облаками, когда же прибыли в Левашово, на небе не оказалось ни облачка — звезды и полная луна.Тут рассказчик замолчал и залпом осушил налитую мной стопку.- Ну а дальше что? — спрашиваю я Вовку, опять подливая водочки.- Дальше?
Ну, идем. Я все пытаюсь выяснить, к кому именно она приехала. Девочка же отшучивается, типа «много будешь знать»… Когда же мы отошли от станции примерно полкилометра, меня охватило необъяснимое беспокойство.
Что-то было не так. Но что? И вдруг меня поразила одна странность. Как я уже сказал, небо было ясное, светила полная луна.Так вот, деревья, столбы, дома — все они отбрасывали четкую тень от лунного света.
Была тень и позади меня. От девчонки — нет!- Вова, ты что, вчера остаканился или, может, травы курнул? — усмехнулся я.- Да нет же, абсолютно трезвый был (а он в те годы действительно почти не употреблял)! Я раз посмотрел, подумал: почудилось.
Второй раз глянул, третий — тени нет! Я такого страха в жизни не испытывал. В общем, как чесанул я от той девчонки в сторону дома — со всех ног, бегом, не оглядываясь.- Поди, пока бежал, крестным знамением себя осенял и дома чеснок на окно повесил? — пошутил я.- Как ты догадался? — на полном серьезе спросил Вовка. — Так и было.
Чеснок, правда, не вешал, а сжевал два зубчика с хлебом. Потом почти всю ночь не спал.Выпив еще стопку, Вовка категорично заявил:- Короче, что хочешь делай, но я больше в вечернюю смену не ходок!Признаться, такого испуганного лица, какое было у моего приятеля, я ни до, ни после не видел. В итоге я согласился поменяться с ним сменами.
