Загрузка...
Когда мне было всего двадцать лет, я путешествовал с небольшой группой людей по Китаю, и мы провели около двух месяцев в провинции Цинхай, которая раньше была частью Тибета. Наш пункт назначения был одним из городов, в котором мы планировали задержаться для обучения английскому языку, но мы часто останавливались и в небольших городах по пути. Однажды мы приехали в деревенский городок, очень маленький, ничего необычного. Мы провели там всего пару дней, покупая еду на рынках и гуляя, чтобы посмотреть достопримечательности, хотя их было не так много. Это было зимой, в феврале, и вся трава на холмах и равнинах вокруг города была мертвой и коричневой. Местность вызывала ощущение мрачности и опустошенности.
В это время в моей жизни все шло удивительно, необычайно хорошо для меня, и я говорю это, потому что в молодые годы мои дела шли не особо хорошо. Но ошеломляющие впечатления от возможности путешествовать в кругу близких друзей, которых я завел в прошлом году, более чем изменила мои чувства и отношение к жизни — было похоже на то, что я стал совершенно новым человеком. Я был в восторге от пребывания в Тибете, каждый вечер ложился спать с улыбкой на лице.
На второй день пребывания в этом маленьком городке я проснулся немного странно. Не плохо, просто странно, мои мысли и чувства были в совершенном хаосе. Мы все решили прогуляться по холмам прямо за городом, где возвышался небольшой холм с кучей камней и какими-то молитвенными флагами (честно говоря, на каждом холме в этой местности были такие маленькие "алтари").
Когда мы поднялись на холм позади города, я начал чувствовать себя неуютно. Мне не было страшно, и я не чувствовал злости или каких-либо сильных эмоций. На самом деле, это было похоже на то, как будто эмоции сочились из меня, и я становился пустым, пустее и пустее. Мой ум был затуманен и все больше и больше я чувствовал какую-то отрешенность. Небольшая и часть меня начала паниковать, зная, что происходит что-то плохое, но ее внутренний голос медленно становился все тише и тише.
Я помню, что мы достигли маленькой вершины, и я просто опустился на землю рядом с грудой камней. Без всякого смысла, я начал абстрагироваться от реальности и фиксировал все свое внимание на маленьких камушках в грязи. Я начал стучать один о другой… снова и снова. Знаете ли вы, какое чувство противоположно чувству страха или ощущению чего-либо вообще? Какая-то бессмысленная мерзость мухи, жужжащей над закрытым окном часами напролет в пустой комнате? Это то, что наполняло мой разум. Он был демоническим в своей бессмысленности.
Я коснулся лица и почувствовал, что сижу и ухмыляюсь. Через всю пустоту на первый план вышла мысль: ты должен просто умереть.
Сначала это звучало вполне разумно, но что-то во мне боролось, и это светлое что-то одержало верх. Ладно, меня начало отпускать. Тем временем моя группа начала спускаться с холма, и я последовал за ними. Чем дальше мы шли, тем более нормальным я себя чувствовал, пока мы вовсе не уехали из города. Когда другая девушка, по имени Ханна, упомянула, что она чувствовала себя очень странно и подавленно, оставаясь там, я сказал ей, что чувствовал то же самое.
Вскоре лидер группы рассказал, что местный житель сказал ему, что в городе прокатилась череда самоубийств молодых женщин в возрасте до 25 лет. От этих слов Ханна и я стали белыми.
